– Слышь, после четвёртого семестра учреждение по работе с иностранцами для продления визы хочет видеть бумаги о сданных экзаменах, – Голос Ленки звучал растерянно. – Вот гады, требуют… Если я не сдам экзамены, значит, не учусь – и мне визу не продлят. Прикинь!
– А я что говорила? Предупреждала ведь… Ладно, не переживай… Сколько у тебя сдано и сколько времени ещё есть? – Я хотела понять, где мы с Ленкой сейчас находимся и что проще – сдать пару недостающих экзаменов или найти жениха и выйти замуж.
– Да экзамены я вообще не сдавала и не сдам. Их много, а я вообще не знаю, о чём речь… Времени дали три месяца, до сентября… Думаю, ещё пару месяцев можно будет выпросить. Пообещаю, что осталось совсем немного досдать… Но дальше ноября они мне ни за что не продлят.
– Понятно, выбора нет. За три месяца экзамены не осилить. Значит, ускоренными темпами ищем мужа…
Ленка активизировалась, несмотря на свою природную леность. Выросшая в привилегированной, можно сказать, номенклатурной семье, она была избалованной девочкой. Просыпалась обычно к обеду, потом часок-другой чуманела на кухне, выкуривая сигаретку и запивая крепким кофе. Её жизненные ритмы никогда не превышали размеренности полусонного состояния. Хотя в смысле темперамента Ленку нельзя было назвать вялой. Короче, она взяла себя в руки и пустилась во все тяжкие. Шучу, конечно. Ленка наконец перестала ждать, пока разберётся с одним кавалером, и начала назначать свидания, параллельно встречаясь с другими. Пока дело не доходило до койки, такой алгоритм встреч не противоречил не только кодексу чести строителя социализма, но даже законам капиталистической морали.
– Что ты ходишь и гуляешь с одним парнем так долго? Форсируй события, – учила я Ленку, – веди нескольких одновременно. Уж если дело дойдёт до секса – значит, хорошо… отношения развиваются правильно. Тогда уже можно с остальными сделать перерыв. А пока суть да дело, вернее, до дела не дошло, гуляй и ужинай с разными – тебе же лучше…
Надо сказать, Ленке такая технология встреч пришлась по душе:
– Правда классно… Я теперь почти каждый вечер питаюсь нормально. Меня все приглашают ужинать – наверное, понимают, что я студентка, денег особо нет… Некоторые только раз-два – и пропадают, но я накормленная, спасибо тебе…
– Да уж не за что…
Но дальше ужинов у Ленки дело не шло. А время бежало. Прошёл месяц.
– Ну, как дела? – контролировала я ситуацию с материнской заботой. – Есть кто-нибудь с серьёзными намерениями?
– Нет, никого. Не знаю, в чём дело, но все по-быстрому исчезают. Вроде нравлюсь, вызываются ещё встретиться – и пропадают. Почти всех по объявлению пересмотрела. Прям не знаю, как быть. Есть один парень, вроде приятный. Но он живёт не в Кёльне, недалеко – час на электричке, но работа у него посменная, трудно вырваться. Мы с ним треплемся часами… уже третью неделю. Прикинь! Он всякий раз говорит, что хочет приехать, но некогда. Боюсь, если даже доедет до Кёльна, то такими темпами, как мы двигаемся к первому свиданию, до ЗАГСа его разгонять придётся пару лет.
Парня звали Рольф. В конце концов он приехал, и они встретились. Когда это произошло, Ленка пищала от восторга. Не потому, что парень так впал ей в душу своей красотой. А только потому, что приехал, когда она совсем не рассчитывала. Неожиданно он позвонил и сказал:
– Сегодня вечером сможешь?
Ленка могла практически всегда.
Рольф был совершенно средним бюргером. Нет, в смысле, ростом он был совсем не средним – в районе метр девяноста. При том что Ленка сама не из маленьких, рост мужчины играл немаловажную роль. И в этом месте они очень даже совпадали. Да и чисто внешне Рольф вызывал симпатию, и по возрасту всего на пару лет старше. Но Ленка была немного растеряна.
– Он приехал на свидание… прикинь, на первое свидание с девушкой в каких-то босоножках без носков! У него лапища сорок седьмого размера. А он в каких-то сандалиях на босу ногу, – возмущалась Ленка. – А рубашка… на что похожа рубашка!
– Лен, разве это главное? Брось. Парень одинокий, никто за ним не присматривает. Станешь его женой – и наденешь на него носки и правильную рубашку. Какие проблемы? А вот размер ноги как раз радует…
Ленку убедили мои аргументы. Но она продолжила после паузы:
– С этим понятно, но знаешь, у него какое-то непонятное среднее образование… Типа медсестры. Вернее, медбрата.
– Да, это круто, куда ему со свиным рылом в твой калашный ряд! – ухмыльнулась я.
– Не издевайся… Понимаешь, мне с ним интересно. И приятно. Он и по телефону болтал легко. С юмором парень. И на свидании тоже было классно. Но как я маме скажу, что мой жених медбрат?
– Да, наши советские комплексы не дают покоя. «Корочка» прежде всего! Понимаю…
Несмотря на два «но» (отсутствие носков и высшего образования), Ленка всё же решила встретиться с Рольфом ещё раз. И после пары встреч позвонила опять:
– Мы влюблены. Представь. По-настоящему. Клянусь. Он за неделю приезжал в Кёльн четыре раза. Из-за меня. После ночной смены не спал, а мчался на электричке ко мне. Рольф классный, – сказала своим протяжным бархатным голосом Ленка.
– И в чём проблема? В твоей маме?
– Да нет, мама ни при чем, я хочу Рольфа… Но ему надо как-то объяснить, что мне надо по-быстрому в ЗАГС. Уже сентябрь, а мне дали время до выезда до декабря. Как быть? Как его сподвигнуть?.. Мы же, по сути, знакомы с ним около месяца. Но виделись первый раз неделю назад… Спугну же, если в ЗАГС позову, а?
– Слушай, скажи ему, что ты рассказала маме про него и мама волнуется… Просит, чтобы ты его познакомила с маминой подругой, которой твоя мама доверяет. Ну, и организуй встречу со мной. Думаю, я произведу на него должное впечатление…
В это время Ленкина мама вернулась в Москву, так как закончился срок рабочего договора. И моя версия, в общем-то, соответствовала реалиям. Рольф знал, что Ленкина мама долго жила в Кёльне, то есть чисто теоретически она вполне могла со мной дружить. То, что Ленкина мама ничего вообще пока не знала ни про Рольфа, ни про наши планы насчёт ЗАГСа, ему было знать не обязательно.
Ленка всё сделала, как я сказала. Она подготовила жениха к встрече с маминым «доверенным лицом». Рольф жутко перепугался – ожидаются смотрины, и он может не понравиться. По сему случаю они с Ленкой купили ему носки и новую рубашку. А «доверенному лицу» – цветы.
– Рольф, не волнуйся, но придётся сходить на встречу. У меня мама строгая. Я же единственная дочь. Она волнуется, узнав, что у меня роман. Вот и попросила свою знакомую познакомиться с тобой… – обрабатывала Ленка Рольфа в нужном нам направлении.
Мы сидели в кафе, и я со строгим видом рассматривала жениха дочери моей «подруги». Но я не только рассматривала, но и с пристрастием расспрашивала его о намерениях. Рольф старательно уверял, что любит Ленку и хочет сделать её счастливой.
– Приятно слышать, – довольная, кивала я головой, подбадривая жениха.
Рольф продолжал вещать о планах и сказал, что видит в будущем их совместную жизнь.
– Что значит «в будущем»? – спросила я Рольфа, пристально смотря ему в глаза. – Вы в курсе, что Леночке к Новому году надо возвращаться в Россию? Ей не нравится учёба в здешнем университете, нет смысла тут жить дальше. Как вы планируете с ней быть вместе в будущем, если она уедет? Вы готовы переехать в Москву? – задала я сакраментальный вопрос.
– Ну, как-как?.. Наверное… наверное, надо на ней жениться – и она не уедет? Так ведь? – Рольф растерянно смотрел то на меня, то на Ленку.
«Догадливый», – радостно подумала я. И продолжила:
– Вариант с браком возможен, но… Не знаю, понравится ли это Лене, но маме точно не понравится. Она никак не планировала, что её дочь навсегда останется в Германии.
– Мы не обсуждали, но я… я надеюсь, Лена согласится. А мама… Надо маму убедить, что Лена в надёжных руках, – напирал Рольф всё увереннее.
– Лена, мне нравится твой избранник… – обратилась я к Ленке. – Но ты сама-то что решила? Ты готова оставить Москву, маму, наконец, ради того, чтобы связать себя узами брака с этим мужчиной? Ты готова ради него остаться в Германии?
